ВОЗНЕСЕНЬЕ С АФРОДИТОЙ

RTF версия для распечатки

ОБНОВКА

Уже через несколько дней после своего приезда в Брюссель я купил себе на вещевом рынке старенький складной велосипед, он сразу получил у меня имя “Дереза Брабантская”. Однако ход у нее был тяжеловат, на работу мне через два холма ездить, местами по грязи, так что неделю спустя я опять отправился на Клемансо – главную брюссельскую барахолку – в поисках очередного велосипеда. После упорной торговли с очередным торговцем рухлядью я, наконец, купил у него за 1100 франков (это около 25 долларов) ржавый тайваньский горный велосипед.

Вид у этого гадкого утенка был весьма непрезентабельный: крылья с пятнами ржавчины, цепь и звездочки – полностью ржавые, тормоза, как у почти всех моих велосипедов, не работают вообще. Впрочем, Бельгия – это ведь не альпийский Пьемонт, зачем тут тормоза?! Перед светофорами мне вполне хватало “ножного тормоза” – в молодости, когда я был нижним акробатом, мне довелось пройти небольшой курс хореографии, и перед перекрестками я с удовольствием делал “demi-plie”, полуприседая на одной ноге и тормозя другой переднее колесо.

Постукивая кареткой и скребя переднеми звездочками о переключатель я все же доехал до дома. Дома я попрыскал все его движущиеся части из баллончика для бытовой смазки, купленного в ближайшем гастрономе, после чего поскребывания уменьшились, а стуки, наоборот, усилились. Кроме того, на первой же горке выяснилось, что если пытаться ехать на нем “без рук”, то руль начинал сильно вибрировать, так что от этой дурной привычки пришлось отказаться.

Итак, техника, по моим меркам, была готова и можно было начинать освоение близлежащих мест.

ВОЗНЕСЕНЬЕ

В конце мая во многих европейских странах, в том числе и в Бельгии, праздннуют Вознесенье – это выходной день. В этом году Вознесенье пришлось на четверг, в результате у нас в лаборатории были объявлены четырехдневные каникулы. Целую неделю я ломал голову, куда бы поехать, рассчитывал расписания поездов, потом плюнул на все – Бельгия не Италия, страна маленькая, и решил вместо своего традиционного велодизеля совершить чисто велосипедное путешествие. Более того, у меня не было даже приличной карты, только мишеленовская 3,5-километровка.

Утром я встал, позавтракал, глянул на карту и отправился в сторону моря, ориентируясь преимущемтвенно по солнцу. Через час, продравшись сквозь окраинные садоводства, я, наконец, выехал из Брюсселя. Первый же дядечка, у которого я по-французски спросил дорогу, бодро ответил мне на голландском. А его я освоить еще не успел за три-то недели пребывания в Бельгии. Пришлось с помощью Панглосса, комбинируя немецкий с английским, переспросить его, после чего дядька смилостивился и объяснил мне дорогу по-французски. Больше за время этого путешествия я по-французски ни слова не произнес. Говорить по-английски на континенте – для меня позор, это туристы пусть с аборигенами по-английски говорят. В результате получилось вот что. Я говорил как бы по-голландски, но на самом деле получалось по-немецки. А люди из вежливости говорили со мной как бы по-немецки, но получалось у них чаще всего по-голландски. Так вот и изъяснялись.

Полтора десятка километров я проехал на северо запад по велодорожке вдоль гентской трассы, но пусть удобная, но однообразная трасса мне надоела, и я взял чуть севернее, свернув на маленькую дорожку. Я бы непременно заплутал, но в Бельгии есть очень хорошая традиция – на каждой автобусной остановке висит подробнейшая карта близлежащих мест. Так, время от времени сверяясь с картами, я доехал до границы с Нидерландами. Заметна граница лишь на крупных трассах, если же ехать маленькими дорожками, то часто непонятно, в каком собственно государстве находишься.

Я взял курс на Брескенс, чтобы на пароме переправиться из Фландрии в Зеландию. Мне не доводилось раньше бывать на знаменитых дамбах, отделяющих приморские земли, поэтому я выехал к проливу в пятнадцати километрах восточнее Брескенса и поехал по маленькой дорожке вдоль самого моря. Проехав поселок с гордым названием Nummer Een – “Номер Один”, состоящий практически из одного большого неуклюжего многоэтажного здания, я вскоре подъехал к паромной переправе.


De Dijk Nummer Een

Дамба

Поселок Nummer Een


После семи вечера паром для пешеходов и приравненным к ним велосипедистов был бесплатным (днем он стоит полтора гульдена) и вскоре я приплыл во Влиссинген вместе с большой разношерстной толпой велосипедистов “местного сообщения”. Пора было задумываться об открытии зеландского филиала отеля “Романыч”: я был в довольно большом городе, времени – уже девятый час. Купив карту-пятисотметровку близлежащих мест и прокатившись еще пяток километров, я нашел прекрасное местечко среди сосен неподалеку от береговой дюны и прекрасно поспал – хоть я и не турист, но у меня была с собой небольшая палатка.


De Dijk Nummer Een

Береговая дюна

Курицы на велодорожке


Наутро я продолжил свой путь, объезжая остров по часовой стрелке. По периметру острова проходит высокая – метров пятнадцать – береговая дюна. Склоны ее тщательно огорожены, там растут кусты и пасутся козы. Дул довольно сильный ветер, поэтому я решил ехать не по дорожке, идущей по верху дюны, а по велотрассе у ее подножия со стороны острова. Там я впервые увидел кормящихся “с велодорожки” домашних птиц. Стая куриц во главе с нахальным петухом паслась паслась прямо посреди велодорожки, ожидая (небезосновательно), пока проезжающие велосипедисты им чего-нибудь не бросят. Впоследствие я многажды встречал на велодорожках Голландии и Бельгии таких попрошаек: уток, кур, гусей.


De Dijk Nummer Een

АНАДИОМИСИ

Вскоре я добрался до Весткапелле – самой западной оконечности Зеландии. Береговая дюна там вся одета в бетон, чтобы море ее не двигало (а то будет как в Польше в районе Лебы, где береговая дюна скушала целую деревню). Место это очень популярно среди рыболовов, кого там только не встретишь: помимо машин с голландскими номерами там была разнообразная техника вплоть до пожарной машины из Бельгии.

Проехав еще около километра, я обнаружил, что бетонная дамба закончилась, и передо мной открылось широкое песчаное поле: был отлив – а они на Северном море высокие. По лужицам воды парочками расхаживали аккуратно одетые рыбаки и специальными качалками добывали червей: один качает жижу, а другой держит сито. Я вспомнил о своей мечте пятнадцатилетней давности. Когда-то, путешествуя автостопом по Курляндии, я оказался на тамошнем побережье Рижского залива, и мне так захотелось проехать несколько километров по самой кромке моря. Так почему бы не исполнить эту мечту сейчас? И, пробравшись по чуть зыбучим пескам к самой полосе прибоя, я продолжил свой путь. Волн практически не было, песок, как я и предполагал оказался достаточно плотным, и эта мечта моя, наконец, была исполнена.

Километров через пять на пляже стали попадаться островки-шапочки морской пены, я с удовольствием прорезал их. Застряв в одной из них – дно было немного вязким, я решил сфотографировать велосипед. Взглянув на него, я увидел, что почти вся ржавчина куда-то исчезла, да и вообще весь он приобрел какой-то законченный вид. Сразу же стало ясно, что это – велосипедица: верная, неприхотливая и надежная. А имя ей придумывать уже не надо было: как же еще мог я назвать ее, возрожденную из пены морской!? Тем более, что один из моих квантовых проектов в брюссельской лаборатории так и назывался: “Афродита”.


De Dijk Nummer Een

Итак, именины состоялись, и мы с Афродитой продолжили наше путешествие по дамбе на соседний остров, приехав через пару часов в городок Зиирикзее. Там я, наконец, обнаружил супермаркет, купил пакет прекрасного голландского молока без противного привкуса пастеризации, который преследовал меня в Италии, Франции и Бельгии, затем нашел карту велотрасс Нидерландов с большим куском Бельгии, подкупил пива на дорожку, и отправился потихоньку обратно – в сторону Бельгии.

НОЧЬ В КОРОЛЕВСКОМ ЛЕСУ

Погода стояла жаркая, и, вернувшись на остров по другой дамбе, я остановился и капитально искупался в проливе, и отошел в сторонку позагорать, оставив туфли с носками у самой кромки. Безыдейное валянье на солнце мне надоело уже через полчаса, и я пошел искупаться напоследок. Подойдя к воде, я обнаружил, что кроссовки мои весело болтаются на воде в полуметре от берега, я совсем не учел, что после отлива в море обычно бывает прилив. Пришлось продолжить путь в мокрой обуви.

В паре километров от дамбы я увидел интересную картину: разводной мост в степи! По небольшому каналу, который не был виден, если не подъехать к нему вплотную, проходили яхты. Около восьми вечера я подъехал к другому парому, соединяющему остров с материком: Краунинген – Перкпольдер, который тоже был в это время бесплатным и поплыл на материк, любуясь за банкой пива садящимся в море солнцем.

И вот мы опять во Фландрии. Бодро направляясь на юг по размеченной велодорожке, я уже начал задумываться о ночлеге. Хотелось опять найти хвойный лесок, но вокруг были поля, на которых, несмотря на поздний час, продолжали рабоотать механизаторы. Я почему-то представлял себе голландских трактористов одетыми чуть ли не в смокинги и ездящими на тракторах с кондиционерами, но оказалось, что это обычные мужички в кепках и засаленных клетчатых рубашках, и трактора у них были вообще без кабин.


Koniklijk Bos

Разводной мост в степи

Филиал HR в Королевском лесу


Время шло, до границы с Бельгией оставалось всего ничего, а приличного места для моего отеля так и не находилось. Заелся я, надо признаться; вот, в автостопные времена спал себе спокойно в закаканных придорожных кустах, а сейчас, видите ли, хвоя понадобилась! Еще раз сверившись с картой, я обнаружил, что у самой границы, но уже на бельгийской земле, находится Королевский лес. Уже в темноте я, наконец, добрался до него и, действительно, нашел себе прекрасное местечко среди сосенок, открыв очередной филиал отеля “Романыч” в Королевском лесу!

АЛЬБЕРТКАНАЛ

Проснувшись и умывшись – я обычно вожу с собой поллитровую бутылочку с водой, которой мне обычно хватает на день для питья и умывания – мы с Афродитой отправились в сторону Антверпена. Велодорожка шла неподалеку от автострады, но утром выходного дня движения почти не было, и весь этот путь мы проделали с удовольствием. Посмотрев внимательнее на карту, я обнаружил, что в Антверпене нету моста через реку Схельде, разделяющую город на две части. После нескольких коротких бесед с утренними собачниками я выяснил, что реку тут пересекают по тоннелям. Высмотрев на карте на автобусной ближайший – Sint-Anna tunnel – я направился к нему. Интерсное место: вниз, на глубину метров пятнадцати, пассажиру спускаются на эскалаторе или 40-местном (!) лифте, затем проходят метров двести под рекой, и так же поднимаются, все это бесплатно.


Sint-Annatunnel Albertkanaal

Sint-Annatunnel

Albertkanaal


Немного побродив по Антверпену, я нашел прекрасный магазин с картами, и прикупил себе несколько для будущих путешествий. Посетив очередной супермаркет и подкрепившись, мы задумались о дальнейших планах. Впереди было еще два свободных дня, ездить вдоль автострад нам совсем не хотелось, и мы решили отправиться на юго-восток по берегу Альбертканала, в направлении к Маастрихту.

Что же представляет из себя Альбертканал? Длинный – более ста километров, прямой, шириной не более ста метров, он проходит от Антверпена до Масстрихта. Движение судов довольно оживленное, ходят в основном бельгийские да голландские пароходики, везут песок, уголь, какие-то крупные железяки. Каждый пароходик – он же и дом для его владельца, поэтому окна кают завешены аккуратными занавесочками, на подоконниках стоят цветы, на верхней палубе – пара велосипедов. По обеим сторонам канала проложены велодорожки, почти везде асфальтированные. Ветер дул мне в спину, и мы с Афродитой мчались вдоль канала, прерываясь только для заправок пивом в супермаркетах. Кстати, общеизвестно, что в Бельгии производится огромное количество (более четырехсот) сортов пива. Только там, ну разве что еще во Франции, в магазине можно купить “живое пиво” с осадком на донышке бутылки и недолгим сроком хранения.

Еще в автостопные времена я прочувствовал метафору “пропускания пространства сквозь себя” и сейчас я судовольствием предавался этому занятию, размышляя о грандиозных свершениях, которые мне предстояли на новой работе. Стояла жаркая погода, навстречу нам время от времени с урчанием проплывали пароходики, так мы и ехали несколько часов. К вечеру постепенно стали набегать тучи и, когда мы были уже недалеко от Хассельта, стал накрапывать дождик. Что ж, прекрасные моменты имеют неприятное свойство заканчиваться. Пришлось разыскать очередной хвойный лесок на берегу канала, Афродита попросила небесную канцелярию повременить хотя бы ночь с дождиком, и мы устроились на очередной ночлег под сосенками в туче бодро жужжащих комаров и мошки.

ПО ВАЛЛОНСКОМУ БРАБАНТУ

Итак, утро последнего выходного дня, воскресенеье, до дома еще больше ста километров, пора возвращаться. Слегка заблудившись среди циклопических безлюдных в выходной день промышленных джунглей, мы с Афродитой въехали в Динст – небольшой тихий городок. Велокарта, как обычно, была совершенно неадекватна, и, заблудившись в очередной раз, мы выехали к двухэтажному красному зданию на окраине. Оказалось, это местная тюрьма. Около ворот стояло несколько заключенных – высоких крепких ребят в черных робах с татуировками на руках, они мирно беседовали с пришедшими насетить их дамами, охранников не было видно. Спрашивать у них дорогу я постеснялся, и отправился наугад по азимуту по пустым окраинным улочкам. Единственной встреченной нами живой душой была бабушка на скрипучем велосипеде, громко насвистывающая какую-то опереточную мелодию.

Вскоре я выехал на очередную велотрассу. Это была разбитая пыльная грунтовка, строго следующая немыслимым петлям маленькой речушки. Только я устроился попить молочка с булочкой прямо посреди дороги, как меня стали с криками обгонять многочисленные велосипедисты: оказывается, я попал на байкерские соревнования. Пришлось свернуть завтрак, и перебраться в более спокойное место – на автобусную остановку.

Fietsweg До Брюсселя оставалось еще довольно далеко, трасса была пустая, и мы с Афродитой решили поехать по велодорожке, идущей вдоль шоссе. Опять монотонная, но не утомительная езда, правда теперь уже при встречном ветре и опять сгущающихся тучах. После Леувена я все решил, что хватит безыдейной езды вдоль трассы и решил поехать огородами, почти в буквальном смысле. Нашел полевую дорожку, поехал по ней. Дорожка была каменистой, спускалась в овраги, пересекала поля с густым запахом навоза. Вообще, надо заметить, что этот запах и дрова – это одни из моих самых характерных впечатлений от Западной Европы. Путешествую я много, но в основном на велосипеде и совершенно не интересуюсь достопримечательностями, привлекающими культурных людей. Зато сколько интересного для себя мне удалось открыть!

В сумерках я наконец подъехал к окраине большого леса, на другом конце которого стоял мой дом на улице Перкрасного Времяпровождения. Я прибавил ходу, чтобы успеть в магазинчик – купить еды на вечер. Бабулечка – хозяйка магазина – раскладывала аккуратненькие кюветы со свежей клубникой, и сказала мне:

– Месье, не хотите ли попробовать клубники? Прямо с грядки, свежая!

– Да нет, спасибо, еще рано для клубники.

– Да вы попробуйте бесплатно маленький кусочек!

Een Kanaal Пришлось из вежливости попробовать. Я вспомнил, что перед последней ночевкой мне очень захотелось пить. А Бельгия, в отличие от, скажем, Италии – настоящая пустыня, совершенно невозможно, катаясь на велосипеде, найти публичный источник с водой. Я в тот вечер плюнул,и испил водицы из Альбертканала. Не покупать же мне бутылочную воду! И ничего. А вот когда испробовал я клубнички этой парниковой, мне сразу стало как-то не по себе: жжение во рту, неудобство какое-то. Пришлось срочно идти домой отпиваться пивом.

Похоже, я от цивилов отличаюсь не только культурно, но и биологически…


Брюссельский цикл  |  Карта сайта  |  Гостевая книга  |

© Romanycz stories