ДЖЮККEЛЛО

Когда я в очередной раз улетал домой из миланского аэропорта Мальпенса, я решил приехать туда на своем маленьком велосипеде – это всего 130 километров, одна ночь езды. Приехал, и оставил на 3 недели, привязав к нему старые брюки.

Возвращаюсь я через три недели, прихожу на то место, где его оставил и вижу: брюки старые валяются, а велосипеда нету. Пришлось ехать к себе в Турин на автобусе, а там одолжить на несколько дней велосипед у своего сотрудника Паоло.

В ближайшую субботу пошел я на базар – по субботам там у нас на Пьяцца Репубблика большая толкучка, где продают разнообразнейшие вещи. Стал присматривать себе велосипед, мне ведь нужен складной, чтоб в поезда пускали. Ходил-ходил, ничего хорошего не нашел сначала.

Потом смотрю, а в дальнем углу стоит цыган и продает какое-то тряпьё старое. А позади него – велосипед, как раз такого типа, как мне нужен (Грациелла), этим велосипедом он тележку со своим старьем буксировал. Я стал сним торговаться, чтобы он мне его продал. Сошлись на приемллемой цене (как трехнедельная карточка на городской автобус), и купил я себе велосипедик этот.

Giucchello Приехал на нем домой, и стал думать, как бы его назвать. А чтобы лучше думалось, решил на нем покататься. Еду я еду, и чувствую, что как-то странно он себя ведет. Как захочу без рук ехать – тут же чуть не падаю. Оказалось, что у него колеса смотрят немного в разные стороны. Я вспомнил, что бывают автомобили, у которых зад все время пытается обогнать перед, как у маленьких длинных собачек – такс – когда те пытаются быстро бегать. Так вот, водители так и называют эти машины "собачками".

Вот и придумалось само по себе имя для моего нового велосипедика, решил я назвать его собачкой. Но только не по-русски. Пришлось посмотреть как на кэлдэрарском языке (это на котором цыгане многие говорят) будет "собачка". Оказалось – "джюкeл". Так я и решил назвать свой велосипед. А чтобы итальянцам легче было его произносить, слегка переделал на итальянский манер, назвал его "Джюккeлло".

Так вот мы с Джюккелло теперь вместе по Турину и катаемся.

К письмам