Греция

На всех границах, кроме советской, Децебал служил прекрасным пропуском. Кроме того, у меня была университетская виза, и в Грецию я въехал без проблем. Солунский тракт все шел вдоль реки, только в Греции река Струмица стала называться Стримонас.

С детства моим любимым словом было (да и до сих пор остается) слово "нет": потому-то Греция так любима мной - это слово ("охи" по-гречески) там в большом почете. 28 сентября 1940 года греческий народ послал итальянских фашистов на три буквы (омикрон, хи, йота - у них свои три буквы), а день этот стал национальным праздником "Имэра Тынохи". Через 5 км в местечке под названием Рубля я встретил памятник ОХИ - там изображена группа людей, выразительно произносящих заветное слово. Еще через 25 км мне надоело ехать по трассе, и я свернул к железной дороге - в городок Виронья. Нетрудно догадаться, как называлась главная площадь с ж/д вокзалом - конечно же, "платия тын ОХИ".

Салоники В шестом часу вечера я уже приехал на поезде в Салоники. Мой поезд на Афины отходил около десяти вечера, и я решил наконец посмотреть известную крепость в Салониках на берегу залива. Это тоже было одной из моих маленьких мечт. Собрал велосипед и окунулся в дорожное движение. Первое впечатление было шокирующим! С такой плотностью движения и миллиметровой точностью водителей мне еще не приходилось встречаться. Типичный для российских водителей стиль "один на дороге" с такой плотностью движения просто несовместим. К сигналам светофора, да и вообще к правилам греческие водители относятся весьма пренебрежительно. Но, в отличие от СНГ, они не самоутверждаются на дороге, а максимально уважают других участников движения. К этому мне предстояло привыкнуть (впрочем, уже на следующий день в Афинах я уже чувствовал себя свободно).

На набережной залива в это время проходил книжный фестиваль "Грамматия" - множество лотков в несколько рядов протянулись на добрый километр вдоль берега, на двух эстрадах готовились к выступлению коллективы художественной самодеятельности. Я успел посмотреть лишь понтийцев - одеты как грузины (и танцы у них похожи), и лесбиян - те были похожи на украинцев в своих красных шароварах, а их "хасапикос" напоминал гопак.

За этот вечер я несколько раз оказывался в смешных ситуациях. На вокзале в справочное окошко передо мной стояли две американки, которые долго допытывались у барышни, как проехать в.. Volvos. Лишь после пятой попытки до той дошло, что они хотят попасть в Волос. Подошла моя очередь. Барышня повернулась ко мне, и, смотря на сидящую справа напарницу, говорит "Please!". Я терпеливо жду, но та не отвечает. После третьего "Please!" до меня дошло, что барышня была косая, и обращалась она таки ко мне. Часом позже на набережной я решил сфотографироваться на фоне залива. Выбрал интеллигентного вида молодого человека, попросил его снять нас с Децебалом. Тот взял мой фотоаппарат, задумчиво почесался (но вовсе не затылок, а то, что все греки чешут в задумчивости) навел и сказал, что я получаюсь "поли микрос" (очень маленький): в фотоаппарат он смотрел не с той стороны.

В десять часов вечера мы, наконец, погрузились в поезд. С попутчиками мне не повезло - это были албанцы. Я ничего против них не имею, но мой Pangloss не покрывает сейчас албанский язык, поэтому чувствовал себя я несколько неуютно, абсолютно не понимая, о чем они говорили.

На одиннадцатый день своего путешествия мы, наконец, добрались до Афин. Три часа проплутав по городу (забыл дома карту), я добрался до дома Яниса - своего соавтора, у которого мне предстояло прожить десять дней. У нас с ним просматривались захватывающие результаты - за два месяца до всех этих событий он приезжал ко мне, и мы уже написали нашу первую совместную статью. Пора было делать следующий шаг на пути к триумфу... Впрочем, здесь не место рассказывать о наших успехах, и я возвращаюсь к рассказу о путешествии.

Ехать по Афинам была нелегко, но к греческому стилю вождения я уже привык. На полпути к Янисову дому меня ждал небольшой сюрприз - на обочину автострады с грузовика свалился ящик персиков. Хоть большинство из них и были подавлены, я набрал около 4 килограмм и вскоре поглотил их в ближайшем скверике - ведь последним моим обедом была тарелочка чорбы еще в Болгарии.

Репетиции художественной самодеятельности Во дворе Янисова дома находилась эстрада, на которой каждый вечер проходили репетиции художественной самодеятельности. Демос (это аналог муниципального образования) готовился к празднику. В греческом языке нет надзубных шипящих звуков (ч, ш, ж и т.д.), поэтому многие знакомые нам слова приобретают в нем смешные для русского уха звучания: "соколад", "сантуитс" (сендвич). А во время репетиций с улицы звучало "Ца-ца-ца! Хорэвэ Натаса!" (что означало: "Ча-ча-ча! Танцует Наташа"). А вообще муниципальные образования там очень активны: выпускают газеты, содержат дома культуры. Один из таких ДК назывался "Пневматико кентро" от "пневмо" - душа.

Нельзя не отметить еще одну особенность Греции - это глубоко православная страна. По всей стране огромное количество соборов, храмов, часовен, часовенок. Церкви и часовни всегда открыты для всех: входить в них легко, просто. В священниках не чувствуется чопорности и отстраненности: батюшка на машине без верха с длинными волосами, собранными сзади в "pony tail" - обычная картина. Приведу еще несколько штрихов. Затор на улице, батюшка выскакивает из своей машины и наравне со всеми участвует в громкой склоке, размахивая клюшкой. В студенческой столовой первокурсницы крестятся перед едой; когда городской автобус проезжает мимо храма, большинство пассажиров машинально осеняют себя крестным знамением.

Городские автобусы в Афинах - явление своеобразное во многих отношениях. Огромные сочлененные "Мерседесы" протискиваются по узким забитым машинами улочкам. Ни в одном магазине вы не найдете плана города с маршрутами автобусов (разве что, изредка такой бесплатный план можно взять на "афетырье" - конечной станции), поэтому каждый житель знает лишь несколько маршрутов, которым сам пользуется. При мне произошел замечательный (и очень характерный) диалог Яниса (родившегося и выросшего в Афинах) с водителем автобуса.

      ЯНИС: "Вы до Врилиссии едите?" 
      ВОДИТЕЛЬ: "Ты тупой! Не видишь, написано: Илиссия!" 
      ЯНИС: "Извините, я не успел прочитать"
      ВОДИТЕЛЬ: "Да нет, ты - тупой!" 

И все это совершенно без раздражения, такой вот менталитет...

Иногда я ездил купаться в Варкизу - это около 20 км на юг от центра. Половина населения там - этнические албанцы, в киосках полно албанских газет. Они живут там уже 300 лет, православные по вере и, естественно, все свободно говорят на государственном языке. В окрестностях Варкизы - красивое море с бухточками и каменистыми склонами гор, уходящими в воду. В самом поселке - небольшая гавань. Каждое утро рыбаки продают там свежайшую рыбу. А вокруг - множество частных яхт, катеров и катерочков. Мое внимание привлек небольшой надувной округлый ботик с рубкой управления посредине в форме фаллоса. Подойдя поближе, я прочитал название посудины - "Эрос".

Десять дней пролетели, мы с Янисом набросали "рыбу" для следующей статьи, и мне пора было отправляться - меня уже ждали в Италии. Начитавшись Даррелла, я хотел по дороге провести один день на Корфу, но Янис разубедил меня - никаких патриархальных картин я там уже не увижу, весь остров забит итальянскими туристами.

Рано утром я сел на поезд, идущий на Патры. Переехали через Коринфский канал по высоченному мосту, и долго ехали среди лимонных рощ, вдоль побережья Коринфского залива. Я специально доехал лишь до Псафопиргоса с тем, чтобы оставшиеся 20 км проехать до Патр своим ходом - хотелось "слиться с Северным Пелопоннесом". Места мне понравились. Горы и море похожи на любимую мной Абхазию, дорога шла мимо лимонных рощ: на деревьях висели огромные, размером с грейпфрут, лимоны. Обнаружил сливовую рощицу, где наелся вкусных, сладких слив.

Билет до Бриндизи стоил 34 доллара. Мой пароход - "Ignatia II" под мальтийским флагом - отправлялся около шести вечера. Я нашел себе местечко на ящике со спасательными жилетами на верхней палубе: обзор был прекрасный и не очень дуло. А обозревать было что - то с левого, то с правого борта появлялись симпатичные ионические островки. У меня с собой было пол-литра "Узо" - греческой анисовой водки, и каждый остров я отмечал коротким тостом. После пятого острова я уже чувствовал себя отважным древнегреческим мореплавателем. К закату бутылка неожиданно закончилась, и я улегся спать, укрывшись палаткой.

|   << Болгария   |   оглавление   |   Южная Италия >>   |